Рубрика: Новости

  • 🟡 «Соль» сделала тест для медиа, которые хотят попасть в AI-ответы

    Проект «Соль» выпустил тест, который помогает редакциям оценить, насколько их контент заметен для алгоритмов ИИ.

    Речь не только о том, как писать тексты, чтобы их было проще считывать машинам. Авторы теста предлагают посмотреть шире: занимается ли редакция самопродвижением, есть ли у неё понятный Tone of Voice, узнаваемые авторы, живой сторителлинг и инструменты, которые помогают закрепиться во «втором интернете» — пространстве AI-пересказов, ответов и рекомендаций.

    Раньше медиа думали, как попасть в поиск, соцсети и рекомендации. Теперь появляется ещё один слой: как сделать так, чтобы ИИ вообще понял, что ваше медиа существует, доверял ему как источнику и вспоминал его в ответах.

    🎯 Что нам с того

    У маленькой редакции может быть уникальная экспертиза по городу, району, локальному конфликту, тарифам, транспорту, застройке или местной политике. Но если эта экспертиза плохо упакована, в AI-ответах её может просто не оказаться.

    AI-видимость — это не про магию ключевых слов, а про редакционную репутацию. Кто вы? Почему вам можно верить? Где собраны ваши лучшие материалы? Как машина и человек поймут, что именно вы годами копаете эту тему?

    🧭 Контекст

    Reuters Institute в Digital News Report 2026 пишет, что AI-чатботы для новостей используют уже 10% респондентов, а среди аудитории младше 35 лет — 16%. Самая востребованная функция у пользователей — возможность задавать уточняющие вопросы и получать объяснение.

    ➡️ Что дальше

    Редакциям стоит проверить себя не только через тест, но и вручную: спросить у нескольких чатботов о своих ключевых темах и регионе. Упоминают ли они ваше медиа? Не путают ли факты? Видят ли ваших авторов? Ссылаются ли на старые данные? Это не точная метрика, но хороший дымовой датчик.

    Источники: «Соль», Reuters Institute Digital News Report 2026

  • 🔴 Минцифры хочет деанонимизировать «медиаподобных субъектов»

    В России продолжается «последовательная работа по деанонимизации в интернете», заявила директор департамента развития массовых коммуникаций и международного сотрудничества Минцифры Екатерина Ларина. Она выступила 19 июня на медиафоруме ШОС в киргизском городе Чолпон-Ата.

    Представительница Минцифры противопоставила традиционные СМИ и новые «медиаподобные субъекты». По её словам, СМИ дорожат репутацией и понимают ответственность за публикации, а новые игроки с массовой аудиторией часто остаются анонимными.

    💬 «Мы не всегда знаем, кто стоит за конкретным аккаунтом в том или ином мессенджере, в той или иной соцсети, даже если он имеет многомиллионную аудиторию», — сказала Ларина.

    🎯 Что нам с того

    Для региональных медиа это сигнал про дальнейшее сближение правил для СМИ, блогеров, телеграм-каналов и городских пабликов. Власти всё чаще описывают анонимность не как право автора, а как проблему для государства.

    Это важно для редакций, которые ведут анонимные или полуанонимные каналы, используют сетку локальных пабликов, работают с авторами под псевдонимами. Регуляторная рамка явно движется в сторону: «есть аудитория — должен быть идентифицируемый ответственный».

    🧭 Контекст

    Деанонимизация уже давно не только риторика. С 1 ноября 2024 года владельцы страниц и каналов с аудиторией больше 10 тысяч подписчиков должны передавать сведения о себе в Роскомнадзор. РКН сообщал, что к июлю 2025 года рассмотрел более 264 тысяч заявлений и включил в перечень 149 тысяч страниц.

    Источники: РИА Новости, «Парламентская газета», Роскомнадзор.

  • 🔵 Россияне стали меньше времени проводить в интернете

    С января по май 2026 года россияне старше 12 лет проводили в интернете в среднем 4 часа 18 минут в день. За год показатель снизился на 4%, пишет Sostav со ссылкой на исследование ГК «Родная Речь» «Изменение медиаландшафта».

    Авторы исследования связывают снижение с замедлениями и блокировками онлайн-ресурсов.

    Одновременно падает и время у телевизора: минус 5%, до 3 часов 29 минут в день. В сегменте видео, по данным исследования, лидирует «VK Видео»: в марте 2026 года дневной охват площадки превысил 40 млн человек. У YouTube показатель составил больше 20 млн, у Rutube — меньше 10 млн.

    🎯 Что нам с того

    Окно внимания сужается и становится дороже. При этом медиа конкурируют не только с другими медиа, но также с соцсетями, видео-платформами, маркетплейсами. Случайный заход становится редкостью, а лояльное возвращение — главным активом.

    🧭 Контекст

    «Родная Речь» снизила прогноз роста медиарынка к нижней границе мартовской оценки. AdIndex со ссылкой на вебинар группы пишет, что теперь аналитики ждут рост не более чем на 15%. Среди 5 сегментов сильнее всего вырастет интернет с ретейл-медиа.

    ➡️ Что дальше

    Редакциям стоит обращать внимание в первую на глубину контакта: возвращаемость, дочитывания, переходы в рассылку, донаты, клубы, прямые продажи и устойчивые каналы доставки.

    Источники: Sostav, ГК «Родная Речь», AdIndex.

  • 🔴 Фейковый журналист пытался получить данные у беларуской оппозиции

    Неизвестный, представившись журналистом RISE Moldova*, больше двух месяцев пытался выйти на представителей беларусской оппозиции и бывшую политзаключённую Антонину Коновалову, пишет Nokta со ссылкой на расследовательскую редакцию.

    Аноним в Telegram использовал имя реального журналиста Владимира Тхорика, обработанное через ИИ фото и поддельную пресс-карту RISE Moldova*. В марте он написал пресс-службе Светланы Тихановской, представился журналистом из Молдовы и сказал, что готовит материал о диаспорах. Позже получил контакт Антонины Коноваловой и вышел на неё напрямую.

    Коновалова попросила прислать примеры работ и удостоверение. После этого написала настоящему Владимиру Тхорику на редакционную почту и спросила, действительно ли он общается с ней в Telegram. Журналист ответил, что бейдж поддельный.

    🎯 Что нам с того

    Это сигнал и про безопасность источников, и про безопасность имени журналиста. Фейковое интервью может использоваться, чтобы выманить контакты, маршруты, личные данные, связи внутри сообществ и уязвимую информацию у активистов, волонтёров, родственников политзаключённых, переселенцев, военных, чиновников или сотрудников НКО.

    Риск двойной: источник может пострадать, а настоящая редакция потеряет доверие, хотя вообще никуда не писала. Имя журналиста становится не только подписью под текстом, но и ключом, который кто-то может скопировать.

    🧭 Контекст

    Это не единичная история. В июле 2025 года к Светлане Тихановской в Вильнюсе уже пытались попасть люди с поддельными удостоверениями другой российской редакции. Тогда офис политика заподозрил подлог, связался с настоящей редакцией и вызвал полицию, писал РБК.

    ➡️ Что стоит сделать

    Редакциям стоит описать процедуру верификации: с каких адресов журналисты пишут героям, кто в редакции может подтвердить запрос и реальность удостоверения, как выглядит безопасный первый контакт. А журналистам — следить, не используют ли их имя в Telegram, почте и соцсетях. В эпоху ИИ фальшивый бейдж делается за 20 секунд.

    Источники: Nokta, РБК

    *RISE Moldova признана в России нежелательной организацией.

  • 🟡 Клуб главредов выпустил руководство по метрикам в медиапроектах

    Это гайд о том, как редакциям считать, анализировать и использовать данные не для отчётов ради отчётов, а для управленческих решений.

    Авторы разбирают, как навести порядок с цифрами в редакции: выбрать метрики под задачи, договориться об источниках данных, не делать выводы по одному удачному посту, смотреть показатели в динамике и не путать средние значения с реальностью.

    Отдельный важный блок посвящён разговору с бизнесом. В гайде предлагают не спорить в логике «контент важен, просто поверьте», а показывать цепочку влияния: какую задачу решает редакция, за какой конкретно участок результата она отвечает.

    🎯 Что нам с того

    Это полезно, чтоб определить для себя минимальный набор must have. Какие 3–5 показателей действительно важны? Кто их снимает? Как часто? Какое решение следует из роста, падения или провала?

    И еще важная мысль гайда: редакция может отвечать только за свой участок, и эту ценную мысль важно доносить до клиента, чтобы он не просил с вас рост продаж (который зависит также от продукта, трафика, оффера, сайта, отдела продаж и так далее).

    🧭 Контекст

    В руководстве есть разделы про блоги, соцсети, email-рассылки, видеоплатформы и PR. Для каждого направления авторы предлагают минимальный набор метрик и объясняют, какие ошибки чаще всего ломают аналитику: погоня за красивыми цифрами, выводы по маленькой выборке, отсутствие единого словаря, дашборды ради дашбордов и KPI, которые можно накрутить ценой качества.

    ➡️ Что дальше

    Возможно, стоит провести ревизию: какие цифры вы собираете сейчас, какие из них реально влияют на решения, а какие просто лежат в таблице, как музейные ложки. Всё лишнее лучше убрать, а оставшееся связать с задачами, ответственными и регулярным обсуждением.

    Руководство_по_метрикам_в_медийных_проектах_2026Скачать

    Источник: Клуб главредов

  • 🔴 Как общая атмосфера подозрительности влияет на работу журналиста «в поле»

    Главред 63.ru Евгений Зиновьев описал, как во время рабочей съемки на Московском шоссе его остановил мужчина из очереди на АЗС. Корреспондент фотографировал ценник и машины у заправки, после чего услышал: «А чего это ты тут ходишь и фотографируешь?» и угрозу вызвать полицию.

    Журналист объяснил, что работает, находится в общественном месте и имеет пресс-карту. В ответ собеседник показал своё удостоверение военной полиции. На этом конфликт завершился: журналист продолжил работу, мужчина — стоять в очереди за бензином.

    🎯 Что нам с того

    Маленький, но показательный эпизод. Даже сервисная журналистика — ответ на вопрос, где заправиться и сколько это стоит — становится конфликтной. Журналист с телефоном у АЗС, больницы, вокзала, школы или очереди воспринимается как «подозрительный субъект». Атмосфера запретов на съемку БПЛА и последствий атак расползается шире — до обычной городской инфраструктуры.

    🧭 Контекст

    Общественные места — это здания, сооружения, территории, природные объекты или пространства, где люди могут свободно находится. Журналист имеет право снимать в общественных местах. Никто не может такую съемку запретить. Аккредитации и предварительного согласования не требуется. Есть ряд исключений (например, военные и режимные объекты).

    ➡️ Что стоит сделать

    Юридическая норма и полевая реальность — разные вещи. На практике корреспонденту все чаще приходится объяснять очевидцам, охранникам, случайным «проверяющим», силовикам разного рода, зачем он что-либо снимает. Редакциям стоит иметь короткий протокол: как реагировать в подобных случаях, стоит ли фиксировать конфликт, кто в редакции на связи, если что-то пойдет не так, где проходит граница между общественным интересом и лишним риском.

    Источник: Скользкая собака, 63.ru, статья 152.1 ГК РФ, разъяснение о съемке в общественных местах.

  • 🔴 В 60 регионах ограничили публикацию кадров атак БПЛА

    В России нет единого федерального закона, который прямо запрещает снимать и публиковать кадры беспилотников, работы ПВО и последствий атак. Но регионы вводят такие ограничения сами, опираясь на указ президента №757 о режимах реагирования и готовности.

    По данным Центра защиты прав СМИ, ограничения уже действуют как минимум в 60 субъектах РФ. Обычно запрещают публиковать фото и видео БПЛА, последствий атак, работы ПВО, маршрутов дронов, мест падения, военных объектов, систем связи, энергетики, мостов и других критически важных объектов.

    Ответственность зависит от региона. В Волгоградской области штрафы за публикацию кадров атак БПЛА доходят до 5 тыс. рублей для граждан и до 1 млн рублей для юрлиц. В Москве с мая 2026 года ограничили публикацию текстов, фото и видео о последствиях терактов, включая атаки БПЛА.

    💬 «Публиковать эту информацию нельзя ни в СМИ, ни на страницах в социальных сетях, ни в чатах в мессенджерах», — пишет Центр защиты прав СМИ.

    🎯 Что нам с того

    Для региональных редакций это одна из самых опасных тем повседневной работы. После атаки БПЛА кадры часто первыми появляются у очевидцев, в районных чатах и местных пабликах. Но перепубликация такого видео может стать административным делом.

    Редакциям, работающим внутри страны, нужен заранее прописанный протокол: что можно брать и откуда, что нельзя публиковать вообще, кто проверяет региональные ограничения, как редактировать пользовательские фото.

    🧭 Контекст

    ЦЗП СМИ публикует список регионов, где есть запрет (актуален на 18 июня 2026 года). При этом подчеркивает: если в регионе есть запрет, но нет специальной региональной статьи, наказать всё равно могут по статье 20.6.1 КоАП о невыполнении правил поведения при ЧС или угрозе её возникновения. В Сочи суд оштрафовал девушку на 30 тыс. рублей за видео на фоне горящей нефтебазы после атаки БПЛА.

    Источники: Центр защиты прав СМИ, указ президента №757, Interfax, ТАСС, Interfax о штрафе в Сочи.

  • 🟢 КПРФ запустила движение против интернет-блокировок

    Партия объявила о создании общероссийского движения «За свободный интернет» и запустила сайт для сбора подписей против интернет-блокировок. Среди требований — судебный контроль за блокировками, отказ от массового ограничения IP-адресов и мораторий на блокировку популярных соцсетей и мессенджеров.

    💬 «Блокировка — это не защита, а признание собственной слабости», — говорится в одном из заявлений представителей движения на сайте кампании.

    🤔 Что нам с того

    Для региональных медиа это важный сигнал: тема блокировок вышла из цифрового гетто и стала частью публичной политики.

    🧭 Контекст

    КПРФ не впервые поднимает тему. Весной региональное отделение партии в Бурятии согласовало митинг «За свободный интернет» в Улан-Удэ. Ранее «Коммерсантъ» писал, что парламентская оппозиция критикует инициативы по борьбе с VPN и использует тему цифровых ограничений как политическую повестку перед выборами.

    ➡️ Что дальше

    Наблюдаем, не обольщаясь.

    Источники: сайт движения «КПРФ — За свободный интернет», «Коммерсантъ»

  • 🔴 Редакторов оштрафовали за упоминание Deutsche Welle без маркировки

    Таганский районный суд Москвы оштрафовал главного редактора «Спортса» Владислава Воронина, руководителя объединённой редакции РБК Петра Канаева и главного редактора сайта «Изнанка» Дмитрия Староверова. Все три дела связаны с упоминанием Deutsche Welle без указания статуса иностранного агента, сообщила «Медиазона».

    Воронина оштрафовали за ноябрьский материал о матче между «Пари Сен-Жермен» и «Баварией». Канаева — за несколько публикаций РБК: о приостановке выдачи гуманитарных виз в Германии, изъятии активов у семьи экс-депутата Госдумы Магомеда Гаджиева и тревел-гид по Афганистану. Староверову вменили февральскую новость о поездке вице-президента США в Армению и Азербайджан.

    Дела возбудили по части 2.1 статьи 13.15 КоАП. Она предусматривает штраф за распространение информации об иностранных агентах или их материалов без указания статуса: для должностных лиц — 4–5 тыс. рублей, для юрлиц — 40–50 тыс. рублей.

    🎯 Что нам с того

    Для региональных редакций это сигнал: маркировка «иноагентов» — не только проблема политических текстов. Под риск попадает любое проходное упоминание: спорт, культура, международка, экономика, справки, архивы, гиды, перепечатки, карточки и старые материалы. Главная опасность — не «забыли в резонансном расследовании», а «не заметили в технической справке». То есть штраф может вырасти из редакционной рутины, где никто не ждёт минного поля.

    🧭 Контекст

    Роскомнадзор ранее разъяснял, что СМИ должны указывать статус иностранного агента при распространении сведений о таких лицах и организациях или их материалов. Форму и место указания редакция определяет сама, но отсутствие маркировки считается нарушением.

    ➡️ Что дальше

    Редакциям стоит проверить не только новые тексты, но и шаблоны, архивы, автопостинг, карточки, подписи к ссылкам и справочные блоки. Причем тут явно нужен не ручной героизм выпускающего, а некий скрипт, который возьмёт заботу на себя.

    Источники: «Медиазона», статья 13.15 КоАП, разъяснение Роскомнадзора.